Главная / Московское государство / Москва XVI—XVII веков

Москва XVI—XVII веков. Часть 4

Москва XVI—XVII веков. Часть 4

После строительства всех этих укреплений центр города оказался окружённым несколькими крепостными кольцами, на каждом из которых несли службу вооружённые охранники. Со второй половины XVI в. город охраняли стрельцы, вооружённые пищалями (ружьями). Стрельцы составляли особую группу городского населения. В свободное от караульной службы и военных походов время они занимались ремёслами или торговали. Стрельцы должны были служить пожизненно; кроме того, их служба была наследственной. Казна платила им жалованье, которое зачастую задерживалось, что приводило к возмущениям этой вооружённой части горожан. Жили стрельцы в Белом городе и Земляном городе, в отдельных слободах, которых было особенно много в Замоскворечье  —  самой уязвимой  в военном отношении южной части города.

Московский пушечный двор

Обороняли московские стены многочисленные орудия, которые немецкий путешественник Адам Олеарий, посетивший Москву в 30-е гг. XVII в., назвал «великолепными». Производились они на Московском Пушечном дворе, появившемся на берегу реки Неглинной ещё в конце XV столетия. Пушечный двор представлял собой крупное предприятие своего времени. Опытные мастера и подмастерья, получавшие казённое жалованье, занимались литьём пушек, колоколов и других металлических изделий. Крупным пушкам, изготовленным на Московском Пушечном дворе, давали грозные имена — «Лев», «Волк», «Единорог», «Сокол» и др. Во второй половине XVI в. одним из самых искусных мастеров Пушечного двора — Андреем Чоховым — была отлита знаменитая «Царь-пушка».

Борьба с пожарами и эпидемиями

Заботиться о своей обороне приходилось жителям всех древних городов. Однако были такие враги, от которых не спасали ни крепкие запоры на крепостных воротах, ни меткие стрельцы, ни тяжёлые огнедышащие пушки. Этими врагами становились эпидемии и пожары. Заразные болезни являлись одним из самых страшных бедствий средневековья. Они налетали на город, как жестокие орды неприятеля, проникали сквозь любые двери, не щадили ни бояр, ни нищих, ни новорождённых, ни стариков. Летописи хранят рассказы о том, что во время сильных эпидемий улицы Москвы наполнялись трупами, а хоронить их было некому. После чумы 1654 г., унёсшей, по некоторым оценкам, до 150 тысяч жизней, город почти обезлюдел... Однако сколько бы ни свирепствовало «моровое поветрие», в конце концов оно отступало. Проходило несколько лет, и горожане почти забывали о страшной беде — до следующего «поветрия».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Далее Москва XVI—XVII веков. Часть 5